Фрэнсис Айдан Гаске, OSB, в 1904 году опубликовал издание рукописи, содержащей самое раннее житие
святого Григория Великого,
которую он обнаружил в бенедиктинском аббатстве Санкт Галлен в Швейцарии, MS. 567, дав ей название
Vita Beatissimi Papae Gregorii Magni Antiquissima
(рукописное заглавие:
'Liber beati et laudabili viri Gregorii pape urbis Rome de vita atque virtutibus'
). Этот печатный том, что особенно уместно, был найден в библиотеке приората святой Хильды
англиканского Ордена Святого Параклета, и я благодарю их за гостеприимство и поддержку этой работы.
Позже я обсуждала этот текст с отцом Леонардом Бойлом, O.P., тогдашним префектом Ватиканской библиотеки,
когда он отмечал, что в рукописях раннесредневековой Англии часто тщательно проставляли латинские знаки
скандирования для читателей, для которых латынь не была родным языком. Текст рукописи изначально был
переписан в Стреонешальхе, ныне Уитби, в 713 году н.э.
Достопочтенный Беда широко использовал его в своей более поздней
Истории английской церкви и народа (III.1, IV.23 и др.).
Кардинал Гаске считал, что Vita Antiquissimi сначала был написан монахом из Уитби, хотя нельзя
исключить, что автором могла быть и монахиня из Уитби в этом двойном монастыре, поскольку во времена Хильды
женщины могли быть столь же учеными, как мужчины, а порой и более, ведь именно христианская латинская
грамотность пришла на смену мужским языческим германским рунам и способствовала обращению.
Впрочем, вероятным кандидатом в авторы может быть епископ Офтфор, воспитанник Уитби, который посвятил себя
чтению и применению Писания в обоих монастырях Хильды, затем поехал в Кент, чтобы посетить и учиться у
архиепископа Феодора, далее отправился в Рим, вернулся и стал епископом Хвикков, которыми тогда правил король
Осрик (Беда, История английской церкви и народа, IV.23).
Эпизоды, которые текст сообщает об английской истории, заметно повлияли на Беду, а эпизоды об итальянской
истории позднее будут пересказаны в поэзии Данте Алигьери,
Элизабет Барретт Браунинг и Эмили Дикинсон.
Если кто то из читателей этой брошюры захочет перевести ее и исправить этот нынешний несовершенный перевод
ради пользы тех, кому нужен английский текст, то улучшенный и более полный перевод будет использован и
принят с величайшей благодарностью и указанием авторства.

Вена, Музей истории искусств
Десятый век, Григорий с голубем
Святого Духа, диктующего текст, три
монаха писца, слоновая кость
[ Текст открывается рассказом о славе святого Григория, затем о том, что он был римлянином, его родителей звали Гордиан и Сильвия, и о том, как его отправили посланником в Константинополь, где он глубоко скорбел из за утраты монастырского уединения и искал знак Ионы . На протяжении всего текста используются цитаты из Писания, а также фрагменты из сочинений святого Иеронима. Далее следует рассказ, который позднее будет использован Бедой в его Истории английской церкви и народа (II.1). ]
Итак, говоря правдиво, это было еще до его понтификата, когда в Рим пришли некоторые из нашего народа, красивые видом, со светлыми кудрями. Услышав, что они прибыли, он возжелал их увидеть и, увидев, восхитился ими. Он расспросил их, к какому народу они принадлежат. Когда они ответили: Мы из тех, кого называют англами, он сказал: Вы ангелы Божии. Затем он спросил: Как зовут короля этого народа. Они ответили: Элле, и он сказал: Аллилуйя , ибо там должно прославляться имя Божие. А как называется племя, к которому вы принадлежите. Они ответили: Дейра. И он сказал: Они убегут от гнева Божия, то есть De ira, к вере.
[Григорий хотел сам отправиться в миссионерское путешествие, но не смог, потому что в то время римский народ
восстал. Когда папа Бенедикт умер, Григория избрали папой, и он послал вместо себя Августина, Меллита и Лаврентия.]
Через них первый из всех королей англов, король Этельберт Кентский, был обращен к христианской вере и крещен вместе со всем своим народом.
[Автор из Уитби приводит еще один, более длинный абзац о каламбурах Григория про англов и ангелов, Элле и Аллилуйя , ссылаясь на Иоанна в Апокалипсисе и на Евангелия. Затем он рассказывает о крещении Эдвина и членов его семьи Павлином в Йорке, что повлияло на Беду, История английской церкви и народа, II.14.]
Post hunc in gente nostra, que dicitur Humbrensium, Eduinus, Aelli prefati filius, quem sub vaticinatione Alleluiatica laudationis divine non immerito meminimur, rex precepit tam sapientia singulari, quam etiam sceptro dicionis regie, a tempore quo gens Anglorum hanc ingreditur insulam.
После этого среди нашего народа, которого называют нортумбрийцами, был Эдвин, сын упомянутого Элле, о котором пророчествовали, что он будет достоин петь божественные Аллилуйя . Это был король, отличавшийся необычайной мудростью и державший скипетр царской власти с тех пор, как английский народ вторгся на этот остров.
[Позднее Эдвина изгоняют, и в изгнании он видит видение Христа, который является ему увенчанным и утешает его, обещая благополучное царствование, если тот будет повиноваться. После этого умирает Паулин, и его видят восходящим на небо в виде прекрасного белого лебедя. В видении повелевается перенести кости короля Эдвина из Хэтфилда в Стреанэскальх, где находится монастырь 'quod est coenobium famosissimum ', принадлежащий правнучке Эдвина, 'adhuc in vita monastica vivente Aeonfleda filia religiosi regis prefati Eduini . . . femina valde iam religosa '. Это исполняется.
Далее автор из Уитби рассказывает о чудесах, связанных с папой Григорием, причем два из них связаны с женщинами.
В первом мы узнаем о порядке причащения в раннесредневековой римской церкви, когда причастники еще приносили
собственный хлеб для обряда.]
И когда она подошла причаститься из рук человека Божия и услышала, как он говорит: Тело Господа нашего Иисуса Христа да сохранит душу твою, она улыбнулась. Увидев это, человек Господень закрыл своей рукой ее уста и, не желая дать ей святое Тело Господне, положил его на алтарь и прикрыл, как счел нужным, своим облачением. Когда месса закончилась, он призвал ее к себе и спросил, почему она улыбнулась, когда должна была причаститься. Она ответила: Этот хлеб я сделала своими руками, а ты сказал о нем, что это Тело Господа.
[Чтобы исправить ее неверие, он помолился, затем показал ей хлеб, который положил на алтарь, и тот кровоточил, процитировал ей Ин 6:54 и 57, и после того как вся община помолилась о ее вере, он причастил ее.]
Далее текст приводит еще чудеса, затем говорит о сочинениях святого Григория, о его Проповедях, его учении об ангелах, о толковании на Иезекииля, продиктованном белым голубем, о Moralia in Job и Диалогах, XXIV-XXVII.
Затем автор приводит историю о чуде спасения Траяна.]
Здесь мы рассказываем о слезах римского святого Григория, которыми была восстановлена душа императора Траяна и как бы крещена, что поразительно и в рассказе, и на слух. Однажды, проходя через Форум Траяна, который, говорят, он воздвиг удивительным сооружением, Григорий размышлял о милосердии, которое совершил этот язычник, и оно показалось ему более христианским, чем языческим. Когда Траян вел войско против врагов и спешил к битве, его тронула жалоба вдовы, и он остановил себя, император всего мира. Она сказала: Господин Траян, вот люди, которые убили моего сына и не хотят воздать мне правосудие. Он ответил: Когда я вернусь, скажи мне, и я восстановлю справедливость. Она сказала: Господин, а если ты не вернешься, мне некому помочь. Тогда он согласился на суд и прямо там велел возместить из того, что было должно, и сложить деньги. Так святой Григорий понял, что язычник, не зная, но исполнил то, что мы читаем: Судите сироту и защищайте вдову, и придите, и рассудим, говорит Господь (Ис 1:16-17). И, плача, он вошел в храм святого Петра.
Данте использует этот эпизод в Purgatorio X, показывая сцену, высеченную на мраморной стене галереи рядом с Благовещением Марии. Боттичелли и многие другие художники иллюстрировали эту сцену по тексту Данте. Лэнгленд использует образ Траяна как добродетельного язычника в Piers Plowman. Поэт Pearl в St Erkenwald соединяет этот рассказ с другими, почерпнутыми из Истории английской церкви и народа Беды и Истории королей Британии Джеффри Монмутского, создавая похожую историю, действие которой происходит в соборе святого Павла в Лондоне. Элизабет Барретт Браунинг вводит сцену Траяна и вдовы в Aurora Leigh, помещая ее на Аппиевой дороге, а не на Форуме Траяна, а Эмили Дикинсон заимствует мотив для строк о том, как душа выбирает свое общество, описывая императора, преклонившего колени у ее низкой могилы.
Так монах или монахиня из Уитби, записавшие эту историю в восьмом веке, повлияли на дальнейшие сочинения в Европе
и Америке с четырнадцатого по девятнадцатый века. Самое важное, что он или она предшествуют Беде и становятся
источником для Истории английской церкви и народа, а также источником для Данте Алигьери и его
Божественной комедии. Он или она помогли формировать историю не одной, а двух наций.
